Собор для десяти тысяч ташкентских поляков

Историк Борис Голендер — об истории римского католического храма в столице Узбекистана

Эта лекция ташкентского краеведа, историка и журналиста Бориса Голендера была записана съемочной группой «Ферганы» в 2015 году. Она посвящена истории собора Святейшего Сердца Иисуса — католического храма в Ташкенте, кафедрального собора Апостольской администратуры Узбекистана.

Полная текстовая расшифровка лекции — ниже.

Другие лекции Бориса Голендера о Ташкенте — в этом плейлисте на канале «Ферганы» в Youtube.

Одним из важных архитектурных и исторических памятников Ташкента, несомненно, является римско-католический костел. Странно, как в эту часть Центральной Азии попал католический храм, для чего он здесь был построен и как его соотнести с современностью, с азиатской страной — Республикой Узбекистан. Мне показалось интересным рассказать об этом примечательнейшем здании Ташкента, известном всем ташкентцам в виде живописных руин.

В этой части города на берегу арыка Салар он возвышается почти 100 лет. Сюда с высокой стороны берега Салара сходились от улицы Жуковского, теперь это улица Азимова, так называемые Крючковский и Коларовский переулки. И вот здесь в начале XX века один из представителей римского престола в Туркестане, тогда это называлось курат Святого престола, отец Юстин (Юстин Пранайтис) купил землю у некой вдовы Биби-Марьям Нардбаевой, и здесь построили небольшой домик, в углу которого и была каплица, то есть католическая часовня. Об этом только старые фотографии сохранились.

Здесь, с правой стороны от нынешнего костела теперь жилые дома, и этого старого здания польского общества уже давно не существует. Небольшой латинский крест над вторым этажом показывал, что здесь находилось святилище. Рядом были здесь и дома поляков, здесь была польская школа, жилище настоятеля, такой уголок Польши. Удивительно, что остатки этих зданий уничтожены были уже в самом конце ХХ века.

Здесь до недавнего времени проживали польские семьи. Тут легко можно было встретить польские фамилии. Даже бабушка Баптю готовила для последнего настоятели католического собора отца Антония, который был репрессирован в годы сталинских репрессий — в 1937 году, она ему готовила обеды.

Вот здесь почти 100 лет назад и началось строительство католического храма. Многие могут спросить: а зачем на этой дальней окраине тогда Российской империи вдруг воздвигался большой римско-католический собор?

Дело в том, что польская католическая диаспора в Туркестане была очень большой. Это было связано с тем, что царское правительство не очень доверяло жителям принадлежащим им польских губерний, Королевства Польского, и старалось даже лояльных представителей польской диаспоры держать подальше от родины. Они служили на Дальнем Востоке, в Сибири, в Туркестане. И так получилось, что буквально чуть ли не каждый второй рядовой в туркестанских войсках был этническим поляком. Или, скажем, офицеры, даже генералы, крупные чиновники. И ничего удивительного не было в том, что в Ташкенте, где жителей европейской части [города] было всего около 40 тысяч к концу XIX века, почти 10 тысяч из них составляли католики.

В основном это были поляки из западных губерний тогдашней Российской империи. Конечно, им нужно было богослужение, у них бывали свадьбы, похороны и всевозможные праздники церковные, но настоятеля у них не было. И они еще с 1875 года неоднократно обращались в правительство Туркестана, чтобы построить здесь храм.

Но эти надежды осуществились только в начале ХХ века, когда сюда куратом туркестанским, то есть представителем римского папы в Туркестане и вообще во всем этом регионе был назначен очень энергичный профессор из Петербурга, профессор древних языков Юстин Бонавентура Пранайтис. И вот он сначала купил землю в Коларовском переулке и построил этот небольшой дом польского общества, а потом стал собирать средства на то, чтобы создать большой католический храм. Это ему удалось.

Он выкупил землю около арыка Салар у известной в Туркестане фирмы «Иван Первушин и сыновья» в рассрочку и заложил основы того храма, который мы видим сегодня. Мы стоим с правой стороны от этого примечательного и очень крупного здания, которое составляет архитектурную доминанту вообще в этом районе около большого моста через арык Салар, в районе ТашМИ, то есть современной медицинской академии.

К строительству ташкентского костела приступили в 1912 году. Кто создал проект, достоверно неизвестно, документы не сохранились. Правда, мне приходилось видеть благотворительные открытки, которые выпускались в первые десятилетия ХХ века, с прорисовками фасадов разных альтернативных проектов. Но какой из них должен был лечь в основу строительства, точно неизвестно. Он был задуман первоначально с контрфорсами, как и сейчас они есть. Эти контрфорсы должны были удерживать высокие стены от разрушительных землетрясений. Кроме того, собор должен был быть достаточно высоким и размеры его по 40 метров, это была базилика, одноглавая базилика со многими скульптурами и ризалитами, с окнами в стиле модной тогда неоготики. Но элементы туркестанской архитектуры должны были все равно здесь сохраняться. И они получались.

Первоначально предполагалось выстроить собор из туркестанского буро-желтого кирпича. Но этот проект был потом оставлен по каким-то причинам и предложили делать его из бетонных блоков. Это первое сооружение в Ташкенте, выполненное из цементно-бетонных блоков. Но общий цвет его, буро-желтый, сероватый такой, он сохранился до настоящего времени.

Строительство пошло быстрее только тогда, когда началась Вторая мировая война. Дело в том, что в Туркестанском крае оказалось очень много военнопленных, и среди них было очень много католиков. Это были солдаты и офицеры австро-венгерской армии, попавшие в Брусиловский прорыв. Среди них оказались очень талантливые строители и инженеры. Они активно принимали участие в строительство католического собора и даже переделали некоторые элементы проекта. Известны даже имена, фамилии некоторых из них. В строительстве собора принимал участие в будущем знаменитый инженер-строитель и скульптор Игорь Всеволодович Крестовский, сын знаменитого в свое время русского писателя Всеволода Крестовского, автора «Петербургских тайн», такого Эжен Сю по-русски. Вот этот Игорь Крестовский окончил Ташкентский кадетский корпус и приезжал сюда на каникулы, он учился тогда в Петербурге.

Увидев строительство костела, он стал принимать участие в строительных работах и здесь познакомился с польским скульптором Клоковичем. Клокович родился в Кракове, учился в мюнхенской академии, и когда началась Первая мировая война, его призвали в армию, он попал в плен и активно работал на строительстве ташкентского костела. У него учился будущий автор учебника, в советское время этот учебник использовался многими студентами архитектурных факультетов, касалось это городской скульптуры. И там он описывает, как впервые он увидел строительство этого костела.

В воспоминаниях своих и учебнике он рассказывает о том, как создаются скульптуры для такого рода сооружений. Ташкентский католический собор задуман был очень фигуративным. Строители задумали поставить на фасаде собора 23 объемные фигуры — скульптуры католических святых и евангелистов. На лестнице, которая вела к главному входу, на этих четырех подиумах сидели четыре евангелиста со своими атрибутами: святой Марк со львом, Матвей, Иоанн, Лука. А в нишах крипты тоже стояли фигуры. Стояли они и на балюстраде, и даже на карнизе поверху всего здания, и все они были выполнены из серого песчаника, казалось бы. На самом деле это были бетонные скульптуры.

Хоть собор был задуман одноглавым, но на самом деле наверху были укреплены три креста, как на Голгофе. Причем два креста с распятыми разбойниками были установлены, а главный крест до самого 17-го года так и не был установлен на этом строящемся тогда здании. И все эти скульптуры за последующие десятилетия погибли. В живых не осталось ни одной. Нам теперь трудно представить, что 23 фигуры католических святых высотой 2–2,5 метра, очень искусно вырезанные из этого материала податливого, они представляли из себя очень интересное зрелище. К сожалению, существует всего несколько фотографий плохого качества, где мы можем увидеть вот это наполнение фасада собора. От того времени на фасаде собора осталось только два барельефа, которые было решено не трогать. Как они в таком изуродованном виде дошли до нашего времени, пусть, решили реконструкторы собора оставить их такими же, чтобы память осталась о тех трудных для собора годах.

Собор к 17-му году был готов, но умер Юстин Пранайтис, глава католической общины Туркестана, и начались годы потрясений. Собор так и не ввели в действие. Мало того, в нем находились всевозможные непонятные организации, склады, и он превратился в такую живописную руину на берегу Салара, таким запомнили многие поколения ташкентцев это огромное здание. И даже есть великолепная мини-поэма, пронзительная такая, о послевоенном детстве, написал ее замечательный любитель Ташкента, великолепный поэт Александр Аркадьевич Файнберг, который жил здесь неподалеку, поэма называется «Незабудка», она кончается такими словами:

О тебе мне осталась на память
Только эта громада костела,
Где сквозь черные камни развалин,
Как сквозь пепел всего, что сгорело,
Пробиваются к жизни и свету
Всходы горькие поздних прозрений —
Голубые цветы полевые.

И вот в таком виде костел дожил до 90-х годов ХХ века, когда было решено его отремонтировать и превратить в огромный органный зал, потому что, естественно, в этом здании, не совсем отвечающем всем требованиям концертного зала, прекрасная акустика. И началось медленное восстановление костела в конце 80-х годов под руководством архитектора Адамова. Но восстановить костел не удалось тогда, и после развала государства в 1991 году костел был передан верующим.

Здесь сыграла свою роль заинтересованность римского папы Иоанна Павла II, который очень душевно относился к восстановлению ташкентского собора, он принимал деятельное участие вместе со многими верующими, не только ташкентцами, в том числе и католическими странами, имеющими свои посольства в Узбекистане. И костел начал медленно в начале 90-х годов возрождаться.

Прежде всего восстановили, конечно, крипту, которая есть в каждом крупном католическом храме. Это такое подземное помещение в память о первых христианах Рима, которых преследовали римские императоры, они скрывались в римских катакомбах. Это уже помещение было освящено и заработало, стало действовать уже в начале 90-х годов. В 1992 году был назначен сюда настоятелем францисканский монах отец Кшиштоф. Замечательный поэт, кстати говоря, пишущий на польском языке духовные стихи. Его стихи в том числе переводили и в Ташкенте, и он участвовал даже в одном из международных поэтических фестивалей «Малый Шелковый путь», который проходил в Музее Есенина в Ташкенте.

Отец Кукулка очень много сделал для этого костела, и медленно-медленно стали эти стены подниматься, украшаться, и строительные работы, между прочим, идут по настоящее время. Как вы знаете, храмы католические украшаются и благоустраиваются в течение многих столетий. А в жизни этого костела, который был освящен во имя сладчайшего сердца Иисуса, пока только первое столетие. Внутри он, конечно, пышно украшен. Туда привезли и поставили третий в Ташкенте орган, один из самых лучших органов, звучащих в этом городе. Здесь есть прекрасный выставочный зал святого Антония. Этот зал используется для небольших и специальных выставок.

Ну и, наконец, в самом костеле, помимо службы, еще проходят концерты, это общественный центр. Епископ Ежи, отец Ежи, который сегодня возглавляет римско-католический костел в Ташкенте, одновременно является послом Святого престола в Республике Узбекистан.

Как вы слышите, все время происходят какие-то изменения. Костел все время украшается, прекрасные витражи поставлены здесь. Они изготовлены в Польской республике по рисункам в том числе и ташкентских художников, поставлены прекрасные барельефы, продолжается украшение всего верхнего помещения и крипта нижняя тоже регулярно работает. Богослужения каждый день происходят на трех языках — русском, английском и корейском. А два раза в месяц в воскресенье мессу служат на польском языке в память о том, что очень много сделали для возрождения этого собора поляки, как диаспора ташкентская «Полония», так и поляки зарубежные. В последний год я подумал о том, что было бы интересно рассказать о судьбах поляков в Узбекистане, не только в связи с костелом, но и в связи с последней новейшей историей.

И вот так родилась книжка, которая вышла в конце 2014 года. Я назвал ее по латыни — Polonia Turkestaniana («Судьбы поляков в Узбекистане»). Предисловие к этой книге написал чрезвычайный и полномочный посол Республики Польша в Узбекистане пан Марианн Пшездецкий, где он очень тепло отозвался о вкладе узбекского народа и узбекского государства в историю поляков, как поляки говорят «Полония» — это диаспора за пределами Речи Посполитой. В этой книге, помимо истории о костеле, а впервые о костеле я написал еще в 1997 году, где некоторые факты удалось по крупицам отыскать в наших архивах, также о многих выдающихся ташкентцах, этнических поляках, на удивление их оказалось очень много, они оказались очень важными для нашей культуры, искусства, науки. Николай Корженевский, исследователь Памира, профессор ташкентского университета, впервые снявший топографически самую высокую вершину Памира — пик Кауфмана, который потом назывался пик Ленина, потом пик Коммунизма.

Или, скажем, великолепный русский писатель Василий Григорьевич Ян, Янчевецкий, который написал удивительную книгу по истории Средней Азии, она называлась «Чингисхан». Ее каждый год переиздают, она переведена на 40 языков. Это история нашей родины — Узбекистана — во времена монгольского нашествия. Или Анна Алматинская, она была этнической полькой, ее отца сослали в Туркестан за участие в Варшавском восстании 1863 года. Автор знаменитейшего романа «Гнет», трехтомной истории Туркестана, которая охватывает период с середины XIX до середины ХХ века. Старейшая писательница Узбекистана. И многие другие.

Археолог Борис Кастальский, организатор туркестанской выставки 1909 года Валериан Дунин-Барковский, действительный статский советник, директор Ташкентского Алексеевского коммерческого училища. И многие другие стали героями этой книги, в том числе и современные поляки, участники «Светлицы Польской» — республиканского польского культурного центра, которому исполнилось в конце прошлого года 25 лет. Вот эти люди, каждый по-своему, внести вклад в историю Узбекистана, его культуру, науку и искусство. Неслучайно мы вспоминаем сегодня это у католического костела в Ташкенте, потому что здесь же, наверное, надо было бы поговорить о том, что в Ташкенте в годы Второй мировой войны была сформирована 100-тысячная армия генерала Владислава Андерса. В честь этого события, в 50-летие юбилея, в 1992 году именно около католического собора в Ташкенте был поставлен памятник полякам, сражавшимся в годы Второй мировой войны против фашизма. Армия эта была создана в Ташкенте в 1942 году.

Все это говорит о том, что эта небольшая часть нашей новейшей истории получила самое достойное отражение в топографии, в памяти ташкентцев и в том, что это старое здание сегодня процветает и украшает наш вечный город.

Это один из самых лучших залов Ташкента как по акустике, так и по красоте. И все это восстановлено и введено в действие в последние 20 лет.

Santa Maria, Ora pronobis
In mulieribus.
Et benedictus fructus
Ventris tui Jesus.
In hora mortis nostrae.
Amen!

Мы снимаем эту часть лекции внутри католического ташкентского собора благодаря любезности отца Ежи, епископа, настоятели этого собора, герб которого мы видим в одном из кресел алтаря. В этом зале службы стали проводиться только в конце ХХ века. В крипте — с 1994 года. Здесь никогда не бывает недостатка в прихожанах. Это замечательно, что Ташкент — это не только город старинных, средневековых мусульманских памятников, это не только город туркестанской колониальной архитектуры типа модерн, это не только город ХХ века с функциональными зданиями, с гипсовыми излишествами сталинской архитектуры, это не только железобетонные гиганты современности, это и вот такой католический Ташкент. В этом достоинство нашего города, достоинство этой земли и умение людей понимать друг друга.

Я не случайно вспомнил польскую диаспору около этого замечательного здания, потому что католический собор в Ташкенте — это тоже часть его истории, истории новейшей, которая оказала большое влияние на современный Ташкент. Когда приезжают к нам гости, я не премину привести их сюда — к католическому собору на берегу Салара. Это ведь тоже Ташкент. Ташкент может быть разным. И вот эта его толерантность и есть, наверное, самая отличительнейшая черта людей, которые живут в этом уголке планеты.

Читайте также