Для части выходцев из Центральной Азии война против Украины стала продолжением мигрантской зависимости от России. Контракт с армией для них — не только деньги, но и обещание гражданства, документов, жилья, возможности перевезти семью. Для многих это розовая мечта, с которой они засыпают после тяжелых рабочих будней на стройках. Однако реальная цена такого выбора оказывается гораздо выше. Это не только риск погибнуть или попасть в плен, но и перспектива тюремного срока на родине, где участие в войне на стороне иностранного государства может быть квалифицировано как наемничество. Журналист из Кыргызстана Адиль Турдукулов во время поездки в Украину сумел пообщаться и записать разговоры с гражданами стран Центральной Азии, завербованными на войну против Украины и попавшими в плен.
Адиль говорил с пленными земляками на национальном языке, что подчеркивает доверие со стороны украинской стороны к журналисту. Первым, с кем пообщался Турдукулов, стал гражданин Узбекистана Гуломжон Адизов, проживший в России почти два десятилетия и который утверждает, что отправился на фронт ради паспорта. А в итоге больше года он находится в плену в Украине, но не жалеет ни о чем.
Гуломжон, в отличие от большинства пленных, не снимает с себя ответственность. Не перекладывает ее ни на вербовщиков, ни на Россию, ни на обстоятельства. Не просит помощи. Из раза в раз он возвращается к тому, что это было его собственное решение.
У него очень приземленная логика: семья, документы, будущее детей, привычная среда, где он прожил двадцать лет. С его точки зрения это не «поход на войну ради смерти», а один из инструментов решения жизненной задачи. Страшно именно то, что внутри его системы координат это выглядит рационально. Кажется, что это взрослая позиция, но в то же время жесткая и почти невыносимая с эмоциональной точки зрения.
