Таджикистан принимает

Граница. Фото Шухрат Латипов / «Газета.uz»

В 2025 году Таджикистан принял почти 1,8 млн иностранцев, учтённых как туристы, но лишь 149,9 тыс. приехали из дальнего зарубежья. Об этом свидетельствуют данные Агентства по статистике Таджикистана. Власти вновь повторяли эти цифры на прошедших в конце сентября в Душанбе заседании Совета по туризму стран СНГ, выставке DITE-2026 и форуме по устойчивому развитию городов и регионов, где более 115 компаний и организаций обсуждали маршруты, инвестиции и продвижение стран СНГ на внешних рынках.

Поток туристов в Таджикистан растёт быстро, въезд для многих стран упрощён, строятся дороги и гостиницы, а между Душанбе и Хорогом недавно вернули регулярные рейсы.

Вот только за общей цифрой стоит более скромная картина. Более 91% потока дали страны СНГ, прежде всего Узбекистан и Россия, тогда как путешественники из Европы, Северной Америки и Восточной Азии, главная аудитория Памира, Фанских гор и Вахана, составляют малую долю. Достопримечательностей у страны хватает: Памирский тракт, семитысячники, Сарезское озеро, Ваханская долина, Фанские горы, Искандеркуль, Пенджикент и Саразм. но проблемы начинаются именно вокруг них: это — дороги, лавины и сели, слабая связь, ограниченная медицина и спасательные службы, а также предупреждения США и Великобритании.

1,8 миллиона туристов и только 150 тысяч из дальнего зарубежья

В 2025 году в страну въехали около 2,1 млн иностранцев, из них 1,784 млн статистика отнесла к туристам. Из стран СНГ приехали 1,635 млн, из дальнего зарубежья 149,9 тыс., то есть около 8,4% туристов. Только из Узбекистана пришло более 1,1 млн человек, значительный поток дают Россия, Кыргызстан и Казахстан. Среди дальнего зарубежья лидирует Китай с 42,2 тыс., следом идут Афганистан (18,7 тыс.), Иран (14,5 тыс.) и США (более 13 тыс.). Из Германии приехали немногим более 8 тыс. человек, из Японии около 4,4 тыс., из Италии 4,1 тыс., из Франции 3,7 тыс., из Великобритании около 3 тыс.

Туристы в Таджикистане. Фото "Ховар"

Слово «турист» в статистике шире привычного представления об отпускнике в горах. По методологии Всемирной туристской организации сюда входят ночующие посетители, которые находятся вне привычной среды менее года с частными, деловыми, рекреационными и другими целями, если они не работают у местного работодателя. Поэтому далеко не все 1,8 млн человек покупали экскурсии или ехали по Памирскому тракту. В первом полугодии 2026 года картина прежняя: из 889,4 тыс. туристов лишь 82,5 тыс., около 9%, приехали из дальнего зарубежья.

Визового барьера для большинства потенциальной аудитории уже нет. С 2022 года граждане нескольких десятков государств могут находиться в Таджикистане без визы до 30 дней, для остальных работает электронная виза. Для Горно-Бадахшанской автономной области нужно отдельное разрешение за $20. Деньги от этого потока пока скромны: зарегистрированные предприятия отрасли получили в 2025 году около 798 млн сомони (около $86,5 млн). Делить эту сумму на число гостей некорректно, ведь статистика не учитывает все траты иностранцев на транспорт, питание и частное жильё, но рост въездов сам по себе ещё не означает появления сопоставимой индустрии.

Горы не только продают страну, но и усложняют поездку

Главное преимущество Таджикистана одновременно остаётся его главным вызовом. Интересен он прежде всего горами, а значительная часть инфраструктуры сосредоточена в Душанбе и крупных городах. Из примерно 190 зарегистрированных компаний отрасли почти половина находится в столице, несколько десятков в Согдийской области и около тридцати в ГБАО, хотя именно Памир наиболее узнаваем за рубежом. Гостиниц в стране более 200, но специализированных туристических баз значительно меньше. Власти сами признают необходимость ремонтировать дороги, создавать кемпинги и сервисные пункты, готовить гидов и обеспечивать связь в труднодоступных районах.

В городе нехватка сервиса означает неудобство, в высокогорье она становится вопросом безопасности.

Летом 2026 года 22-летний россиянин Игорь Байер сорвался при спуске с перевала Турамис-1 на высоте более 4 тыс. метров и получил травмы головы и ног. Из-за плохой погоды вертолёт не мог вылететь, и вывезти его удалось лишь через несколько дней. В сентябре 2025 года другой россиянин сломал ногу в Зеравшанских горах, спасателям понадобилось около двух суток, чтобы добраться до него.

Вершины Памира. Фото centralasia-travel.com

Такие случаи бывают и в Альпах, и в Гималаях. Разница в инфраструктуре: там есть прогнозы лавинной опасности, профессиональные гиды, страховка и быстрая эвакуация. В Таджикистане расстояния больше, посёлки реже, на части маршрутов нет мобильной связи, а вылет вертолёта зависит от погоды и техники. Власти выстраивают систему помощи: работает горячая линия, к реагированию подключаются КЧС, туристическая милиция, пограничники и МИД, а за один из последних отчётных периодов помощь иностранцам потребовалась более чем в 200 случаях.

Свою роль играет и природа. В первом полугодии 2026 года в стране зарегистрировали 741 природное чрезвычайное происшествие: 508 сходов лавин, 123 селевых потока, 27 камнепадов, 10 оползней и 26 землетрясений.

Погибли 12 человек, в том числе двое при сходе лавин в Варзобском районе. В феврале 2023 года серия лавин унесла жизни около 20 человек, 13 из них погибли в Хороге, были разрушены дома и перекрыты дороги, эвакуировали сотни жителей. Для путешественника это значит, что маршрут зависит от сезона и состояния единственной дороги: сель или камнепад могут перекрыть её на несколько дней.

Правительства советуют быть осторожными

4 сентября 2026 года Госдепартамент США обновил свои рекомендации для посещающих страну. Для Таджикистана в целом сохранён второй уровень, «соблюдайте повышенную осторожность», с упоминанием террористической угрозы, неразорвавшихся мин и ограниченных возможностей помощи гражданам США с двойным гражданством. Для границы с Афганистаном и для ГБАО действует третий уровень: американцам предлагают пересмотреть необходимость поездки. В случае ГБАО причиной названа возможность вооружённого конфликта. В документе также говорится о плохих дорогах, высотной болезни, лавинах и о том, что за пределами Душанбе возможности скорой помощи значительно слабее.

Самолёт в Хорог и новые дороги

Доступность дальних районов при этом постепенно улучшается. 27 сентября президент Эмомали Рахмон прилетел в Хорог на новом самолёте L-410 NG «Бадахшон» авиакомпании Shohin Airlines на 19 пассажиров, рассчитанном на короткие полосы и высокогорные аэродромы. Этот факт официальные СМИ республики представили как возобновление регулярного пассажирского сообщения между Душанбе и Хорогом. Разумеется, малая вместимость самолёта не сделает Памир массовым направлением, но наземная дорога до Хорога зависит от погоды, селей и лавин, и регулярный рейс заметно облегчает доступ.

Аэропорт Хорога. Фото Sputnik

Меняется и автодорога. По данным властей ГБАО, путь из Душанбе в Хорог занимает 8–10 часов, тогда как в первые годы независимости на него уходило более трёх суток. В регионе реконструировали около 190 км дорог и десятки мостов. В 2025 году у Барсема открыли участок в 3,4 км с примерно 550 метрами противолавинных галерей, работы идут на направлении Калаихумб — Вандж — Рушан. В сентябре представили маршрут Душанбе — Рогун — Душанбе с посещением Рогунской ГЭС и природных объектов вокруг будущего водохранилища. На 2027–2031 годы принята программа развития внутреннего туризма, а на сентябрьских встречах в Душанбе обсуждали совместные маршруты по нескольким странам СНГ и Центральной Азии.

Рост въездов показывает интерес к стране, но структура потока почти не меняется: девять из десяти туристов приезжают из СНГ. Европейцев, американцев и азиатов нужно привлекать не фотографией Памира, а всем, что идёт вместе с горами: дорогой, гостиницей, связью, медициной, страховкой, гидами и надёжной системой спасения. От этого зависит, как долго они останутся в стране и вернутся ли.